Комплекс построек Монетного двора — редкий пример промышленной архитектуры периода классицизма, неотъемлемая часть ансамбля Петропавловской крепости. И в то же время это уникальный памятник индустриальной истории, хранящий память о жизни и деятельности выдающихся инженеров и художников, о труде простых людей. Именно здесь с установки первых паровых машин началась индустриализация России.
Облик Монетного двора сложился не сразу. К концу XVIII столетия он представлял из себя одноэтажные здания с гладкими, лишёнными декора стенами, прямоугольными окнами и с высокими кровлями, окрашенными в синий цвет. Был только один двухэтажный флигель в горже Трубецкого бастиона.
Необходимость реорганизации петербургского Монетного двора приобрела особую остроту в 1796 году, когда в поисках выхода из финансового кризиса правительство решило перечеканить всю медную монету, сделав её вдвое легче. Тогда был создан особый комитет, на который и легли заботы о коренной перестройке. Одной из проблем стали новые способы получения энергии. Ознакомившись с использованными на лондонском монетном дворе паровыми машинами М. Болтона и Дж. Уатта, комитет заказал такие же. Кроме того, из Петрозаводска были привезены две русские паровые машины.
Между тем в крепости рядом с бастионами полным ходом шло строительство новых зданий для Монетного двора и его лаборатории. Болтон, придерживаясь английской практики промышленного строительства, советовал в 1796 году «весь снаряд назначить в низком строении, в двух подземных или земляных покоях, освещённых косыми окнами». Однако в крепости возводилось похожее на дворец величественное здание. Его проект 17 марта 1800 года утвердил сам Павел Первый. Установка машин заняла больше времени, чем строительные работы, и была закончена лишь к осени 1805 года.
По проекту швейцарского архитектора Антонио Порта композиция двухэтажного здания с ризалитом в центре и двумя круглыми башнями по бокам выдержана в строгом классическом духе. Здание протянулось вдоль западной границы Соборной площади. Круглые заводские башни с плоскими куполами вызывают некоторые ассоциации с крепостными, что вполне характерно для архитектуры павловского времени. В одной из башен в центре находилась дымовая труба, закамуфлированная куполообразной кровлей.
Производство постепенно расширялось и развивалось, захватывая как новые, так и старые корпуса: в 1839 году были перестроены бывшие «провиантские магазейны» и надстроен южный корпус, в 1841—1844 годах — лаборатория отделения золота от серебра, штемпельная кузница, инструментальная и цех медального передела, а также административный корпус. Строительные работы в этот период велись по проектам архитекторов Э. Анерта и А. Куци.
По проекту А. Куци были перестроены и расположенные перед главным зданием Плац-майорский и Оберофицерский дома, вошедшие после 1917 года в производственный комплекс. В 1810, 1841 и 1846 годах территорию Монетного двора обнесли каменными заборами, и он оказался в кольце улиц, образовавшихся между его производственными корпусами и куртинами. Закрытый «масонский» характер внутреннего пространства комплекса ещё более усилился. Главный корпус служит некой импозантной ширмой, репрезентативным фасадом. Заводские трубы, сооружённые в 1840-х годах, располагались в самой глубине комплекса, на противоположном западном фасаде — так, чтобы не нарушать классического фасада. Долгое время для подачи к паровым машинам воды существовал канал, проложенный между зданием Монетного двора и Петропавловским собором. Его засыпали в 1870-х годах, когда здесь был проведён водопровод.
К концу XIX века сформировалась своеобразная «крепость в крепости». Впрочем, и сегодня это закрытое пространство остаётся загадочной территорией для посетителей Петропавловской крепости, осматривающих казематы, выставки и прочие достопримечательности.
 

Фотографии к статье:

Маргарита Штиглиц
Фотография Лены Зайцевой

Фасад главного корпуса Санкт-Петербургского Монетного Двора
Фотография Дмитрия Горячева

Обратно к содержанию номера